Психофизиологическое обоснование методического системного подхода Дмитрия Панина

 

Мой подход DSC_1069к рукопашному бою можно кратко назвать манипуляцией сознанием, основанным на слабостях центральной нервной системы. То есть это работа на информационном уровне.

Для того, чтобы объяснить как мой системный подход к рукопашному бою работает, нужно немного углубиться в физиологию.

Нервная регуляция работы скелетных мышц (регуляция запуска и выполнения всех движений, в том числе ударов, захватов, толчков и бросков), осуществляется двигательными центрами центральной нервной системы – особыми структурами, которые распределены по всей ЦНС — от коры больших полушарий до спинного мозга. Они должны гарантировать строго необходимую степень возбуждения и торможения иннервирующих скелетные мышцы мотонейронов, чтобы возникающие мышечные сокращения обеспечивали только нужное движение не больше и не меньше.

Эти двигательные центры можно условно поделить на два: сознание и подсознание (в коре головного мозга – сознание; всё, что ниже — подсознание).

 Сознание — медленно занимается анализом общей ситуации (смотрит, слушает, трогает и т.д.), занимается сложными движениями или большим количеством мало-амплитудных движений, а также отвечает за изучение новых неосвоенных движений, при этом работает крайне медленно.

Подсознание — занимается задачами «глобальными» (равновесие, дыхание и т.д.), а также за воспроизведение освоенных движений (автоматизмов, двигательных навыков). Оно приводит в движение тело сразу, взрывом, без спроса сознания.

Тело может быть старое, больное, раненое и т.д. Сознание может быть уставшее, пьяное и оно находится в постоянной зависимости от состояния тела. Подсознание может быть оглушенным полностью, не рабочим (пьяным, обкуренным, и т.д.). Другие процессы с подсознанием не происходят, т.е. оно не может устать.

Подсознание включается каждый раз, когда ЦНС остро не хватает времени для принятия обоснованных, двигательных решений, т.к. центры регуляции двигательной активности не только составляют элементы иерархической системы, но одновременно и во все-возрастающей степени действуют как партнеры.

Последовательности движений, поддерживаемые ЦНС без внешней стимуляции, называются запрограммированными, иначе говоря автоматическими. Автоматизмы  представляют собой элементы (подпрограммы) двигательной системы, находящиеся под влиянием вышележащих двигательных центров.

Центральные программы подвержены влиянию сенсорных обратных связей.

Для правильного выполнения движений необходимо, чтобы ко всем, отвечающим за это структурам, в каждый момент времени поступала с периферии информация о положении тела и о ходе реализации составленной двигательной программы. Некоторая часть сенсорных сигналов достигает двигательной системы коротким локальным путем посредством спинальных рефлексов.

Под спинальным рефлексом вернее понимать изменение нейронной активности, вызываемое спинальными афферентами и приводящее к активации или торможению движения.  Такие рефлексы составляют “библиотеку” элементарных позных и двигательных программ.

Организм использует нужные программы, не привлекая высшие нервные центры к разработке деталей их выполнения. А регулирующее влияние стволовых двигательных центров на спинальные нейронные сети (подсознание) подчинено коре больших полушарий (сознание).

Реакция – это переключение сознания на подсознание. Например, сознание рассматривает летящую птичку, а в это время вдруг происходит нечто — автомобильный сигнал или хлопок: подсознание резко бросает тело в сторону. Скомандует более древний двигательный центр, который стоит на страже общей ситуации. А если в подсознании нет модели действия (условного рефлекса, двигательного навыка), то тело не реагирует.

Основные слабости нашей ЦНС – один набор исполнителей на два двигательных центра: тело на сознание и подсознание. В рукопашном бою можно поставить задачу одному двигательному центру, при этом разрушить задачу другого, а телом воспользоваться просто как коробкой передач.

В организации движениImage00234й участвуют все группы мышц; не бывает запасных ресурсов — участвует всё до кончиков ногтей. При этом выходит, что мышцы не только обеспечивают движение, но еще и накладывают ограничения на подвижность суставов. Таким образом, если пошла команда сознания на движение, то эта программа автоматически накладывает ограничения на мышцы и суставы (подсознание) — тело можно выводить из равновесия, т.к. точное выполнение движений возможно только в случае адекватного исходного положения туловища и конечностей, потому что нервная регуляция соответствия позы и движения, их правильного сопряжения — одна из важнейших функций двигательных центров. Значительная часть мышечной деятельности направлена не на осуществление движений во внешней среде, а на установление и сохранение позы, положения тела в пространстве.

Способность человека к прямохождению с опорой на относительно небольшую площадь ступней сама по себе демонстрирует удивительные способности регуляции, если учесть, что дыхание и всевозможные активные движения рук и туловища вызывают непрерывные смещения центра тяжести тела, которые требуют активной компенсации. Эффект синергичной реакции противника — всегда стабилизирующий, направленный на предотвращение падения.

В рукопашном бою проще реагировать по началу движения (что бы противник не делал, он с чего-то начинает). Подставляю задачу одному двигательному центру, разрушаю другой. А далее делаю, что хочу, т.к. дальнейшего ответного движения со стороны противника не происходит, потому что ответа на поставленную мною задачу в подсознании нет, а ЦНС оппонента, в свою очередь, всегда ищет облегчения для поддержания позы, поэтому использует любую подставленную мною опору, в том числе моё собственное тело. В такой ситуации противник в бою беззащитен – «дома нет никого».Image00462

Основой этой технологии рукопашного боя, является образ действия. Нужно понимать, где начало у этого движения, где середина и где конец. С какой целью оно делается?  Следует идти рядом, и просто ждать. Таким образом, возможно воздействовать лишь на одно звено человеческого тела (предплечье, плечо и т.д.). Это позволит не участвовать в большей части взаимодействия. Зачем обрабатывать все то, что я вижу (какие-то движения рук, ног), когда можно воздействовать всего на одно место, и уже все эти движения теряют смысл, а последующие попытки действий вообще не принимаются, потому что разрушена вся программа движений?

Я всегда захожу в этот центр движения, старясь разрушить действие в корне, затем возвращаюсь на периферию, забираю оружие (при этом кисть руки противника не может близко подойти, пока я не закончу «портить» движение). Все что при этом делается — разрушается движение изнутри, его источник. К чему же тогда ловить шашку двумя руками, отпрыгивать от ножа или уворачиваться от летящей из пистолета пули? Это совсем не нужно. Ведь можно организовать обработку движения, по его принятому решению. Когда противник ещё только принял решение атаковать, — уже можно обрабатывать движение. Здесь важны вращательные движения — насколько по углу смещается, а что там поступательные  делают, не имеет значения. Ведь вращательные движения на порядок быстрее поступательных, поэтому от скорости своего противника я не имею прямой зависимости, а имею над ним преимущество.

С помощью данного методического подхода, поддаются решению только «обострённые» боевые ситуации. Поэтому, если ситуация не обострена, ее нужно обострить, настолько, чтобы он таковой  стала. Да, она станет более опасной, но зато и более понятной, с ней уже станет можно работать с помощью данного методического подхода в рамках рукопашного боя и личной самообороны.

Дальнейшее подробное объяснение займет слишком много времени. Часть информации будет раскрыта в моем блоге, все остальные ответы можно получить посетив мои тренировки по рукопашному бою и самообороне.